Снейпиана

В доспехах судьбы наметились щели,
И в них просочился яд.
Закушен кусок, да свернута челюсть,
Ты, верно, и сам не рад.
Простая наука – познать свою боль и терпеть ее, не ропща.
Забавная штука. Прощай, Томми, прощай.
Простая наука – однажды с утра понять, кем ты был рожден.
Сломаны руки замками оград. Я вижу, ты поражен!
Прекрасная леди в кровавом и белом
Явилась мне невзначай.
Я знаю, в чем дело: прощай, Томми, прощай.

Прекрасная леди держала в руке
Алмазный секундомер.
Кленовые кроны зажглись вдалеке
И поплыли к моей тюрьме.
Я знаю, что лучше не быть этим камнем,
Что бросит твоя праща,
Но маятник пущен. Прощай, Томми, прощай.

Еще найдутся дураки порассуждать о высшем сорте?
Твои случайные плевки носить на мантии, как орден?
Найдутся те губы, что будут шептать твое имя в подол плаща.
Боже, как глупо! Прощай, Томми, прощай.

Скользкий совет, уксус на ужин - его невозможно пить.
Скользкий паркет, скользкая дружба – мне некуда наступить.
Скользкая лодка
Несет к водостоку мой будущий хладный труп.
Последняя сводка:
Я не вхожу в этот клуб.

Спящая совесть, склеп на века. Мы были иным не чета.
Печальная повесть идет с молотка. Я всю ее прочитал.
Печальная повесть о долге и фальши
Достаточно хороша,
Но я не рассказчик. Прощай, Томми, прощай.

Есть сотня маленьких причин, чтобы расстаться, не прощаясь.
Есть сотня маленьких причин, и лишь одна из них – большая.
Прекрасная леди вошла в мои вены
И вверила мне себя.
Подарок бесценный. Ценнее тебя.

Снейпиана как она есть

Люди получают письма с fronta, с pisem.net и с яндекса, как нормальные люди. И только я получаю их с 002, это мой агентурный номер. И это не провайдер, а шпионский код. Почему это стало ясно только теперь, а не два года назад, когда все началось?.. Теперь хорошо бы понять, что стоит за словами "Золотой глаз" в свежепонятых условиях...

Центру от агента 002:-))

Мелом
ты пишешь буквы на столе.
В белом
я для тебя милей.
Вера
парадоксальней лжи.
Сферы,
где мне хотелось бы жить,
Не указаны в картах.
Время в рассрочку продано,
Мера, конечно, высшая.
Перья парят над крышами,
Терра моя инкогнита
Перед плоскостью парты.

Мой арестант, мой сероглазый малыш,
Ты поглощаешь шоколад - и молчишь
Причину слез твоих, как следственный реестр,
Я знаю наизусть.
Но я не тот, кто сердце лечит от тоски,
Не тот, кому легко прощают грехи.
Ты мне приносишь шоколад второй семестр.
...Я забыл его вкус.

Пленник своей обители,
Тени сжигаю в пламени.
Браки нерасторгаемы,
Знаки почти невидимы.
Кружит
холодный пепел у стекла,
Ружья стреляли в два ствола.
Ты плачешь, ступая в двери тьме.
Мальчик, не вздумай верить мне.
Кому это нужно?

В оконной раме, сероглазый мой малыш,
Ломаешь плитку пополам - и молчишь,
Шуршит обертка, как серебряный оклад,
Осиротел и пуст.
Я знаю все, в чем был и не был виноват.
Я не могу войти в твой плюшевый ад.
Ты проглотил бы все, на чем задержишь взгляд,
Но я испорчу твой вкус.

Мелу – чертить мишень на спине.
В белом быть слишком поздно мне.
Сдача тузов на мизере,
Прячет туман огни зари…
Тает во рту горчащий шоколад.
Дай мне глоток забвения,
листопад.
Твои дары легки.
Сдаться. И возложить венки
Всему, чем я не был.

Тесна удавка, как подписанный контракт.
Мои наручники прочней, чем булат.
Тебе, наверное, поможет шоколад –
Он исцеляет грусть.
Мои глаза имеют тот же темный цвет,
Но не ищи на дне их то, чего нет.
Ты любишь сладкое почти семнадцать лет –
Но это не мой вкус.